Сперва madame за ним ходила,
Потом monsieur ее сменил;
Ребенок был резов, но мил -
И привлекал всех педофилов.

Им овладело беспокойство
Весьма мучительного свойства;
Все шлют Онегина к врачам -
Те хором шлют его к Madame.

(Подпись под известным рисунком)

Онегин жил анахоретом;
В седьмом часу вставал он летом
И отправлялся налегке
К бегущей под горой реке;
В одном адамовом уборе,
Селянок разных наловив,
Себя в коня преобразив,
Резвится с ними на просторе,
Пока недремлющий медвед
Не прокричит ему превед.

Онегин жил с анахоретом:
Восстал он против мнений света.

Прямым Онегин Чайльд-Гарольдом
С утра садился в ванну сО льдом.

Потом решительным Ловласом
Переходил он в ванну с квасом.

Затем кривым бароном Круппом
Переползал в кастрюлю с супом.

И наконец, Наполеоном
Нырял в бассейн с "Наполеоном"!

Онегин жил анахоретом,
Садился в чан с вином кометы.

Прямым Онегин Будулаем
С утра садился в ванну с чаем.

Потом, pardon, Ананом Кофи
Перебирался в ванну с кофе.

А после вечеров веселых
С утра садился в чан с рассолом.

etc.

Продолжение процесса, начатого здесь.

Отдельные строфы или части строф подкинули: imenno, osting, ikadell, mitia_f, e_smirnov, rork, poluton и непредставившийся анонимус. Ну и Пушкин тоже постарался (ай да сукин сын!)

Update: Господа! Хочу еще раз подчеркнуть, что сие есть продукт совместного творчества. Например, всеми цитируемая первая строфа принадлежит перу - точнее, клавиатуре - imenno.

I.

"Я был когда-то безымянной
Игрушкою незрячих Парк;
Из-за моей личины странной
Меня не взяли в зоопарк.
Никто в те времена старинны
Ко мне не шёл на именины,
И даже в обществе дворняг
Я был лишён обычных благ.
( Дальше - не хуже )

... Хранили многие страницы
Отметку резкую ногтей,
Следы зубов, рубцы плетей
И дырки от щипцов и спицы.
Прочесть возможно их едва ли -
Их мяли, рвали и кусали:
Так выражают свое "нет"
Философы в осьмнадцать лет.

Чу! снег хрустит... прохожий; дева
К нему на цыпочках летит,
И голосок её звучит
Нежней свирельного напева:
"Как ваше имя?" Смотрит он
И отвечает: "Bond. James Bond."

Деревня, где скучал Евгений,
Была прелестный уголок.
Что ж, веселитесь: он мучений
Последних вынести не смог.
Где друг невинных наслаждений
Благословить бы небо мог -
Угас, как светоч, дивный гений,
Увял торжественный венок!

Мораль по свету разнося,
Онегин дома заперся
От петербургского потопа.
[Читатель ждет уж рифмы "розы"?
Конец куплету! песня вся!]

Себя от холода страхуя,
Онегин за столом сидит.
Его лошадка, снег почуя,
К нему на цыпочках летит.
Летит, как пух от уст Эола!
Вот это школа!

Вот мой Евгений на свободе,
Острижен по последней моде.
Решенья чопорных судей
Хранил он в памяти своей.

Онегин бережно слагает
Поэму песен в двадцать пять.
(Он чуждых слов не понимает,
Но можно рукопись продать.)

... А он циркачку полюбил,
А с ней конюшню охватил.
В избушке, распевая, деву
Он осмотрел, потом вложил.

Красавец, в полном цвете лет,
Одет, раздет и вновь одет.
Тут входит Ленский. И любовь
Друзей соединила вновь!

Когда в пивную он входил
Потолковать об Ювенале,
Его я просто полюбил.
А все биндюжники - вставали.

Он три часа по крайней мере
Пред зеркалами проводил:
То стан совьет, то разовьет
И быстрой ножкой ножку бьет.

...Раскланялся, потом на сцену
В большом рассеянье взглянул,
Отворотился - и зевнул,
Как денди лондонский. Одетт
Он наконец увидел.

Надев широкий пеньюар,
Онегин едет на бульвар.

Пришла Евгению пора:
Как летом роем мошкара,
Вокруг одра, где он лежит,
Архивны юноши толпою.
Игра сменяется игрою,
Но он беспечно под грозою
С мужчинами со всех сторон
Неосторожен и здоров.

Пришла Евгению пора,
Играет с самого утра.

А ведь не мог еще вчера!